Иван Васильевич Боговой родился 6.1.1896 г. в деревне Борок Шенкурского уезда Архангельской губернии. Окончил сельскохозяйственное училище. Крестьянин. Политический активист, в 18 лет арестован, зачислен в разряд политически неблагонадёжных.
В 1915 г. мобилизован солдатом в лейб-гвардии Преображенский полк. Писарь роты Его Величества.
Участник Первой мировой войны.
Из воспоминаний В. В. Дейтриха о событиях 28.4.1917 г., когда прибывшие из Петрограда революционные маршевые роты потребовали от командира полка полковника А. П. Кутепова разъяснений о его роли в февральских событиях 1917 г.:
"...вопрос был всё-таки с очереди снят, благодаря решительному вмешательству писаря бывшей Государевой роты, которой одно время командовал Кутепов [1915-1916 гг. - прим. О.Х.], Иванна Богового, в прошлом народного учителя и чрезвычайно революционно настроенного партийного эсера. "Такие люди, как полковник Кутепов," - говорил Боговой, - нам нужны. Он не наш, но он честный и правильный человек. Ему нельзя ставить в вину, что он поступает по своей совести. С ним не пропадёшь. Старые солдаты его знают"." (Цит. по "Преображенцы в Великую войну", стр. 270).
Отметим в скобках, что "не наш" Кутепов был земляком Богового - выходцы из Архангельской губернии.
В декабре 1917 г. демобилизован после нескольких ранений в связи с непригодностью к военной службе.
Участвовал в создании отряда Красной гвардии. В 1918-1919 гг. первый редактор Шенкурской советской газеты. Агитируя за мобилизацию в Красную армию он писал: "Да здравствует массовый красный террор - убийство врагов трудового народа!"
В ходе начавшегося мятежа был арестован правыми эсерами, но затем освобождён красными. Участвовал в подавлении Шенкурского восстания и освобождении Шенкурска от интервентов.
Учился в Коммунистической академии.
В 1919-1920 гг. ответственный редактор газеты "На борьбу!"
С февраля 1919 г. в рядах РКП(б).
С февраля 1920 г. редактор "Известий" в освобождённом от белых Архангельске. Одновременно работник Архангельского губисполкома. В результате поездки Кедрова и Богового на Соловки было принято решение о закрытии монастыря. По мнению Ю. Бродского*, именно Боговой был инициатором идеи организовать концлагерь на Соловках для пленных белогвардейцев.
Боговой писал: В ближайшем будущем предполагается организовать в Соловках трудовой лагерь. Условия для этого очень благоприятны: суровая природная обстановка, трудовой режим, борьба с природой будет хорошей школой для всяких порочных элементов".*
Классический портрет активиста того периода: работал очень напряжённо - постоянно публиковался, участвовал в конференциях и съездах.
"Тяжело вспоминать тех, кого больше никогда не увидишь в своей среде. Но мы знаем, что без жертв не обойдёшься, и потому не предаёмся унынию, а смыкаем свои ряды, с корнем вырываем жалость из своих стальных сердец и по трупам павших идём вперёд." (из заметки И. В. Богового в связи с годовщиной гибели коллеги).
В 1922 г. был одним из председателей комиссии по изъятию церковных ценностей. "Приговор был один: "расстрелять"."*
Первый председатель Архангельского краеведческого общества.
В 1925-1937 гг. работал в газете "Правда" в Москве. С 1934 г. заместитель редактора.
Один из ведущих советских журналистов, чей литературный талант признавали М. Горький и М. Кольцов. Автор ок. 20 книг и брошюр.
По воспоминаниям И. А. Маханова, Молотов в разговоре со Сталиным назвал Богового "наш Мартин Иден" (герой рассказа Джека Лондона).
Супруга - Валентина Васильевна Чулкова (?-29.8.1984). Дочь Татьяна (умерла в детстве) и сын Юрий (погиб под Смоленском в 1942 г.).
27.6.1937 г. арестован и помещён в Бутырскую тюрьму. Судя по воспоминаниям Л. Л. Хургеса ("Москва - Испания - Колыма. Из жизни радиста и зэка"), из Богового выбивали, в частности, показания против М. Кольцова. "Был в нашей камере бывший член редколлегии "Правды" - старый коммунист Павел Иванович [ошибка в имени-отчестве - прим. О.Х.] Боговой. Это был уже немолодой, сумрачный и малообщительный человек. [...] Богового довольно часто вызывали на допросы, преимущественно по ночам, по-видимому, над ним там особенно не издевались, потому что приходил он не очень измученным." После того, как Боговой отказался дать показания против Кольцова, его перевели из Бутырской тюрьмы.
В записках И. А. Маханов вспоминает о своей встрече с Боговым уже в Сухановской тюрьме в 1940 г.: "Вижу: предо мною сидит на моей постели очень бледный человек, худой, осунувшийся, с седой бородой, с правильными чертами лицами, с добрыми ласковыми глазами, полными слёз." "Боговой Иван Васильевич. Мне около 50 лет, но я выгляжу как семидесятилетний старик. Это и неудивительно, так как я нахожусь под следствием 3 года, и в такой ужасной тюрьме, как Сухановка. [...] Всё никак не могут оформит как следует обвинение, чтобы удобнее было меня расстрелять, но теперь, кажется, всё уже подготовлено, и мучениям моим приходит конец. Уж скорей бы всё это кончилось!".
"Мне же пришлось работать как редактору "Правды" на таком поприще, где политические события, изменения отношений в партии, правительстве и в массах фокусировались и отражались на страницах ЦО как в зеркале, поэтому моя катастрофа не была для меня полной неожиданностью. Я ожидал её, даже и в то время, которое вспомнил ты, когда Молотов уподобил меня такого сравнения, как "наш Мартин Иден"."
"Ты сам, Ванюша, видишь, как изуродовали меня сталинские палачи - мне сломали спинной хребет - позвоночник, добиваясь нужных им показаний, и я эти показания им дал. В противном случае они продолжали бы эту сатанинскую пытку, которую аж страшно вспомнить. До этой пытки моя спина была такой же прямой, как и твоя, и рост мой был 1 метр 90 см, недаром я был солдатом Императорского Лейб-гвардии Преображенского полка. Теперь же, в согнутом положении, я не выше тебя, а твой рост, наверное, 1 м 70 см. До ареста волосы на голове не имели седины, а теперь ты видишь, что в 50 лет я седой, как лунь, как будто мне лет 70. Но раз я подписал показания, которые они требовали, у них есть все основания требовать для меня расстрела, а санкция Сталина на это, то есть расстрел "нашего Мартина Идена", уже давно дана авансом. Но самое печальное, что за моим расстрелом будут сажать в тюрьму всех моих земляков-архангельцев... Вот этого у джеклондонского Мартина Идена не было, и он умирал спокойно, с большим достоинством.
6.9.1940 г. расстрелян* (по другим данным, умер в 1943 г. в саратовской тюрьме. В 1956 г. реабилитирован.
В память о Боговом установлена мемориальная доска по адресу: Шенкурск, ул. Г. Иванова, д. 11.
Цит. по источнику, источнику и источнику.
В 1915 г. мобилизован солдатом в лейб-гвардии Преображенский полк. Писарь роты Его Величества.
Участник Первой мировой войны.
Из воспоминаний В. В. Дейтриха о событиях 28.4.1917 г., когда прибывшие из Петрограда революционные маршевые роты потребовали от командира полка полковника А. П. Кутепова разъяснений о его роли в февральских событиях 1917 г.:
"...вопрос был всё-таки с очереди снят, благодаря решительному вмешательству писаря бывшей Государевой роты, которой одно время командовал Кутепов [1915-1916 гг. - прим. О.Х.], Иванна Богового, в прошлом народного учителя и чрезвычайно революционно настроенного партийного эсера. "Такие люди, как полковник Кутепов," - говорил Боговой, - нам нужны. Он не наш, но он честный и правильный человек. Ему нельзя ставить в вину, что он поступает по своей совести. С ним не пропадёшь. Старые солдаты его знают"." (Цит. по "Преображенцы в Великую войну", стр. 270).
Отметим в скобках, что "не наш" Кутепов был земляком Богового - выходцы из Архангельской губернии.
В декабре 1917 г. демобилизован после нескольких ранений в связи с непригодностью к военной службе.
Участвовал в создании отряда Красной гвардии. В 1918-1919 гг. первый редактор Шенкурской советской газеты. Агитируя за мобилизацию в Красную армию он писал: "Да здравствует массовый красный террор - убийство врагов трудового народа!"
В ходе начавшегося мятежа был арестован правыми эсерами, но затем освобождён красными. Участвовал в подавлении Шенкурского восстания и освобождении Шенкурска от интервентов.
Учился в Коммунистической академии.
В 1919-1920 гг. ответственный редактор газеты "На борьбу!"
С февраля 1919 г. в рядах РКП(б).
С февраля 1920 г. редактор "Известий" в освобождённом от белых Архангельске. Одновременно работник Архангельского губисполкома. В результате поездки Кедрова и Богового на Соловки было принято решение о закрытии монастыря. По мнению Ю. Бродского*, именно Боговой был инициатором идеи организовать концлагерь на Соловках для пленных белогвардейцев.
Боговой писал: В ближайшем будущем предполагается организовать в Соловках трудовой лагерь. Условия для этого очень благоприятны: суровая природная обстановка, трудовой режим, борьба с природой будет хорошей школой для всяких порочных элементов".*
Классический портрет активиста того периода: работал очень напряжённо - постоянно публиковался, участвовал в конференциях и съездах.
"Тяжело вспоминать тех, кого больше никогда не увидишь в своей среде. Но мы знаем, что без жертв не обойдёшься, и потому не предаёмся унынию, а смыкаем свои ряды, с корнем вырываем жалость из своих стальных сердец и по трупам павших идём вперёд." (из заметки И. В. Богового в связи с годовщиной гибели коллеги).
В 1922 г. был одним из председателей комиссии по изъятию церковных ценностей. "Приговор был один: "расстрелять"."*
Первый председатель Архангельского краеведческого общества.
В 1925-1937 гг. работал в газете "Правда" в Москве. С 1934 г. заместитель редактора.
Один из ведущих советских журналистов, чей литературный талант признавали М. Горький и М. Кольцов. Автор ок. 20 книг и брошюр.
По воспоминаниям И. А. Маханова, Молотов в разговоре со Сталиным назвал Богового "наш Мартин Иден" (герой рассказа Джека Лондона).
Супруга - Валентина Васильевна Чулкова (?-29.8.1984). Дочь Татьяна (умерла в детстве) и сын Юрий (погиб под Смоленском в 1942 г.).
27.6.1937 г. арестован и помещён в Бутырскую тюрьму. Судя по воспоминаниям Л. Л. Хургеса ("Москва - Испания - Колыма. Из жизни радиста и зэка"), из Богового выбивали, в частности, показания против М. Кольцова. "Был в нашей камере бывший член редколлегии "Правды" - старый коммунист Павел Иванович [ошибка в имени-отчестве - прим. О.Х.] Боговой. Это был уже немолодой, сумрачный и малообщительный человек. [...] Богового довольно часто вызывали на допросы, преимущественно по ночам, по-видимому, над ним там особенно не издевались, потому что приходил он не очень измученным." После того, как Боговой отказался дать показания против Кольцова, его перевели из Бутырской тюрьмы.
В записках И. А. Маханов вспоминает о своей встрече с Боговым уже в Сухановской тюрьме в 1940 г.: "Вижу: предо мною сидит на моей постели очень бледный человек, худой, осунувшийся, с седой бородой, с правильными чертами лицами, с добрыми ласковыми глазами, полными слёз." "Боговой Иван Васильевич. Мне около 50 лет, но я выгляжу как семидесятилетний старик. Это и неудивительно, так как я нахожусь под следствием 3 года, и в такой ужасной тюрьме, как Сухановка. [...] Всё никак не могут оформит как следует обвинение, чтобы удобнее было меня расстрелять, но теперь, кажется, всё уже подготовлено, и мучениям моим приходит конец. Уж скорей бы всё это кончилось!".
"Мне же пришлось работать как редактору "Правды" на таком поприще, где политические события, изменения отношений в партии, правительстве и в массах фокусировались и отражались на страницах ЦО как в зеркале, поэтому моя катастрофа не была для меня полной неожиданностью. Я ожидал её, даже и в то время, которое вспомнил ты, когда Молотов уподобил меня такого сравнения, как "наш Мартин Иден"."
"Ты сам, Ванюша, видишь, как изуродовали меня сталинские палачи - мне сломали спинной хребет - позвоночник, добиваясь нужных им показаний, и я эти показания им дал. В противном случае они продолжали бы эту сатанинскую пытку, которую аж страшно вспомнить. До этой пытки моя спина была такой же прямой, как и твоя, и рост мой был 1 метр 90 см, недаром я был солдатом Императорского Лейб-гвардии Преображенского полка. Теперь же, в согнутом положении, я не выше тебя, а твой рост, наверное, 1 м 70 см. До ареста волосы на голове не имели седины, а теперь ты видишь, что в 50 лет я седой, как лунь, как будто мне лет 70. Но раз я подписал показания, которые они требовали, у них есть все основания требовать для меня расстрела, а санкция Сталина на это, то есть расстрел "нашего Мартина Идена", уже давно дана авансом. Но самое печальное, что за моим расстрелом будут сажать в тюрьму всех моих земляков-архангельцев... Вот этого у джеклондонского Мартина Идена не было, и он умирал спокойно, с большим достоинством.
6.9.1940 г. расстрелян* (по другим данным, умер в 1943 г. в саратовской тюрьме. В 1956 г. реабилитирован.
В память о Боговом установлена мемориальная доска по адресу: Шенкурск, ул. Г. Иванова, д. 11.
Цит. по источнику, источнику и источнику.
На фото: М. И. Ульянова, К. Е. Ворошилов и И. В. Боговой на заседании съезда рабселькоров в 1930-е гг.
